Ира (prine75) wrote,
Ира
prine75

Дорога в город

Утро. Вылезаю из теплой постельки и еду на работу. А что еще мне утром делать, спрашивается? Длинные выходные вредны. А почему только мне? У остальных иммунитет, да?
Возвращаюсь в город на автобусе. Ехать два часа. Но время еще есть, и, пока пью на кухне кофе, открываю давешний томик Шукшина. Рассказы мне понравились, например, «Дядя Ермолай» с его страшными экзистенциальными проклятьями «Штыбы бы вам околеть, не доживая веку! Штыбы бы вам… жены злые попались!» или «Стенька Разин»:
- Ну и дурень ты, Васека! Сам про себя говорит, что его любят! Кто же так делает?
– А что?
– Совестно небось так говорить.

И еще, через немножко строчек:
- ...Я женщин люблю. Красивых, конечно.
– А они тебя?
Васека слегка покраснел.
– Тут я затрудняюсь тебе сказать.
– Хэ!.. – Кузнец стал к наковальне. – Чудной ты парень, Васека! Но разговаривать с тобой интересно. Ты скажи мне: какая тебе польза, что ты смолокура этого вырезал? Это ж все-таки кукла.
Васека ничего не сказал на это. Взял молот и тоже стал к наковальне.
– Не можешь ответить?
– Не хочу. Я нервничаю, когда так говорят, – ответил Васека.

И вот еще: «ты – мастер. Большой мастер. Только не пей. Это гроб! Понял? Русский человек талант свой может не пожалеть».
И в конце уже почти самом: «Он любил свои родные края, горы свои, Захарыча, мать… всех людей. И любовь эта жгла и мучила – просилась из груди. И не понимал Васека, что нужно сделать для людей. Чтобы успокоиться».
Пока читала, едва на автобус не опоздала.

За мной садится мама моих лет с дочкой, перешедшей в 10 класс. С еще переходящей, потому что экзамены не закончены, аттестаты не выданы.
- Помнишь Любу? — трещит мама. - Вот она с пятидесятого размера — ты представь, у нее был пятидесятый размер — похудела до сорок второго. Это при ее росте, ты только вдумайся. Купили ей сарафан салатовый очень красивый — дорогущи-ий! - так еще и ушивать пришлось, потому что велик был. Сарафан был сорок второго размера. И она так радовалась, что похудела, что замуж, значит, теперь выйдет, и все дела. И вместо этого у нее пошел такой сильный гормональный сбой, волосы повылезли, менструации прекратились вообще. И, мама дорогая, на кого она стала похожа! Ее повезли в Питер, там ее бесконечно по обследованиям водили, к какому-то врачу очень дорогому прикрепили ее, она еще таблетки специальные ела. Дядя Саша только успевал деньги отстегивать, больше пятидесяти тысяч за лечение заплатили. И месячные у нее только через год начались. И ребенка она родила не в двадцать, как хотела, а только в двадцать пять, и то: сказали, что ребенок у нее чудом получился, и чудо, что здоровый, потому что детей у нее могло теперь вообще не быть. Вот так, мотай на ус. А ты все худеешь.
- Я не худею. Я не хочу толстеть.
- Надо есть мясо.
- Я не ем мясо.
- А я тебе говорю: ешь мясо.
Ой-ой-ой, работа за мной уже в автобус лезет. Чтобы отвлечься, смотрю точно вперед. Прямо передо мной как раз садится сладкая студенческая парочка. Бородатый мальчик в толстовке от моего универа. Собрат по разуму, значит.
Сели — он ее сразу обнял, начал целовать. Жадно. Никакой похоти — любит ее. И блеск в глазах выдавал, что секс имел место вечером, и утром имел, и сейчас бы, да места ему не нашлось. И вот они сидят в полуметре передо мной, он над ней наклонился, целует, одной рукой за плечи обнимает, другой по щеке гладит. По щеке, по шее, по груди. На груди рука задержалась, сжалась трепетно — раз, другой, огладила по кругу, на живот. По бедрам до колен, потом назад, уткнулась в треугольную ямку между ног, но и там не нашла покоя. О, ненавистные джинсы, неодолимая преграда!
И вот совсем передо мной все это происходит. Мне неловко в моральном смысле, а пуще того в физическом, потому что от такого зрелища мне тоже сразу хочется, но мне не с кем, ведь я еду одна.
Позитив борется во мне с досадой, и я отворачиваюсь к окну. Но за стеклом такая гадость, что даже смотреть противно. Неожиданно быстро засыпаю. Снится мне небо ясное, в нем стая птиц в форме гигантской бабочки. Открываю глаза — вокруг уже ползут муринские высотки. Бабочки — это что-то из «Пятидесяти оттенков серого», что ли... А, да, там у героини чуть что либо внутри танцевала внутренняя богиня, либо бабочки в животе порхали. Небо — это против той холодной и мокрой дыры, которая разверзлась над нами неизвестно насколько. А птицы? Вороны, поди, которые какают и каркают.
Села птичка на сирень.
Сирень, сирень и улетела
, -
вспомнился школьный фольклор, дошедший от моей бабушки.
Смысл сна ясен: хочу секса, хорошей погоды и остаться в семье, где торт и сирень еще не осыпалась. Пусть желания исполняются!
Tags: личная драма, моя деревня, о возвышенном, повернутость к людям
Subscribe

Posts from This Journal “повернутость к людям” Tag

  • Повседневное

    - Час уже начался, а кофе все еще слишком горячий. Придется уже после консультации пить холодный. - У нас есть микроволновка, можно будет подогреть.…

  • Слова и смыслы

    - У нее всегда были дополнительные мужчины, - рассказывает мой клиент вольных взглядов о своем супружестве. - Но она ни на кого не залипала до…

  • Странно

    Субботнее утро, 9 часов, дворами иду к метро. Местная выпивоха бросает на газон куски еды, и вокруг нее ворон и громадных чаек видимо-невидимо. Она…

  • Взгляд с экрана

    Сначала админ медицинского центра сообщает тебе о запросе первичной твоей клиентки: «Просто формальность, нужна беседа и подпись психолога…

  • «Вся сладостно-жуткая, вся зловещая радость весны» (Герман Гессе, «Степной волк»)

    , - сообщила мне как-то в мае Ира Форд, в миру popuga.Имела в виду тот яркий день моей жизни, когда я с 9 до 16 вела приемы, потом с 18…

  • «Не пытайся быть интересным — тебе это не идет»

    Еще немного рабочих моментов. Пришла ко мне семья: сын-третьеклассник плохо учится, «потому что не хочет». При этом сидит над уроками…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments