Ира (prine75) wrote,
Ира
prine75

Кончается четверг, и дождик мелок...

Дождики, к счастью, совсем, по-моему, кончились, как и четверг. Хотя четверг, может, к сожалению кончился. Но песенка меня не оставляет, поэтому я выпущу в мир заразу, как в рассказе Марка Твена. Надеюсь, меня оставит, а вас всех зацепит.

Я сегодня получила отпускные в частном центре. За последние 3 месяца я проводила там в среднем 25 приемов в месяц — по часу и полтора, первички и повторки, индивидуалки и семейки, дети и взрослые, очковтирательство и гадание на кофейной гуще терапия и диагностика, удобные клиенты и полный вынос мозга. И на 2 недели отпуска я получила там 2898 руб (четыре знака) отпускных. Одну неделю отпуска из двух я проведу в разрыве между работой и первым классом в школе, где не работает столовая (это к вопросу о наличии продленки), а уж о доме и шестом классе я помалкиваю как о самофункционирующих системах. Вторую неделю отпуска я проведу в сверхинтенсивной работе на другой работе (это классно — уйти на одной работе в отпуск, чтобы на второй нырнуть с головой; это как платно учиться, чтобы бесплатно работать). Я раньше всегда думала, что это на государевой службе я занимаюсь волонтерской деятельностью от чистого сердца, а тут вон оно как выходит. В частной сфере гребут лопатами, не то что голье бюджетники. Ни в чем себе не откажу )).
В детских пособиях мне отказали, к слову. До фига зарплату получаю теперь.

Сегодня у меня опять была дырка между клиентами. Обожаю такие дни, когда дорогие клиенты выстраиваются косяком с интервалом в 2-4 часа. А живу я в часе езды от конторы (по городским меркам — вполне гуманное расстояние). Поэтому у подружки Наташки, живущей в десяти минутах ходьбы, периодически есть шансы проявить свое радушие и теплоту. Но это, правда, не очень часто бывает — раза 2-3 в неделю, не больше )). Когда-нибудь Наташкино радушие, боюсь, может иссякнуть, но на этот случай у меня есть подружка Варя, которая вот опрометчиво переехала жить от моего дома к моей работе. Варя, к слову, - сверхуспешный менеджер в многоуровневом маркетинге. И даже если вас не интересует многоуровневый маркетинг (вот как меня он не интересует), но интересует, как научиться продавать себя в любой сфере (вот как меня интересует) — обращайтесь к Варе. Я наблюдала ее подъем с нулей, и это, я скажу вам, ого-го. Восемь лет — и она уже в поднебесной MLM, буквально в облачное хранилище сетевого маркетинга она пролезла. Особенно на фоне моих 2898 руб отпускных за две недели со стажем с 1998 года впечатляет, да )).

В Наташкин подъезд сегодня я протискивалась бочком — он весь был заставлен фанерой советского производства. На фанере сверху приляпана надпись: «Кому нужен трехстворчатый шкаф — забирайте!». Как пробраться через шкаф к лестнице, не уточнялось.
- Ну что ты за придурок-то такой у меня, Максим! - кричала через дверь кому-то тетка на первом этаже.- Ну принесло же мне мужа, ну это ж надо!
Наташка встретила меня фразой, печальной для женщины:
- У тебя стрелка.
Новые чулки. А злорадство в Наташкином голосе послышалось. Послышалось, да. Акустическая иллюзия. Это сочувствие было. Или нейтральная констатация факта, грозящего обернуться психотравмой.
- Ты бы, - говорю, - меня покормила. А я бы тогда поела. А то я с утра не жрамши.
Утро было часов в 9, а сейчас 15. Иногда я просто забываю или не успеваю поесть, и в моем случае это верный признак, что я близка к самоубийству как никогда, потому что в моем генетическом коде заложено обжорство, это я точно знаю (всякому психологу нужен свой психиатр, как всем известно).
- У меня ничего нет, - дипломатично заметила Наташка.
- Ну так что-нибудь найди, - продавила я.
- Яичницу будешь?
- Я буду!!! - истошно завопил из дальней комнаты 14-летний Вася.
Вот, а не предъяви я законные права на пожрать, то растущий организм так и остался бы некормленным.
- Пойдем, - сказал Вася, - я тебе пока свой подарок на день рождения покажу.
PS-3. Это вот читается не «пи эс три», как я, дура тупая, прочла, а «пэ эс три», как снисходительно поправил меня этот малолетний хищник эпохи потребления, - «плэй стэйшн три». Круть, сказал Вася, несусветная. Я поверила ему на слово, потому что мне Вася показал только «Предупреждение об эпилепсии»: «Если у вас эпилепсия или были в прошлом эпилептические приступы...» - ну что, в общем, тогда нельзя играть. Дальше мне Вася ничего не показал - мне, видимо, нельзя играть при моих эпизнаках в левой височной доле (я их берегу, это мое освобождение от ответственности; я эксплозивный больной, а вы как думали?). Сказал только, что PS-4 гораздо хуже, потому что она дороже и игрух к ней пока очень мало. И тут я тоже поверила Васе на слово.
- Твоя яичница! - сообщила Наташка.
На тарелке размером с мою попу (прастити) высилась конструкция из трех яиц размером со страусиные. Я отродясь, даже в страшных периодах булимии, вряд ли ела больше одного цыплячьего (вру в пределах разумного, да). И гигабутерброды с красной рыбой прилагались. Мы, наверное, что-то разное вкладываем в слова «у меня ничего нет».
- Давай, - говорю, - я одно яйцо Васе отдам. А лучше два.
- Они что, тухлые? - встревожилась мать-ехидна Наташка.
- Мне много, а Вася есть хочет.
- Вася не хочет.
Странно, весь мой жизненный опыт сказал мне иное. Я победила 2/3 яичницы и в отместку Наташке расхаживала по ее дому в драном капроне. Но перед возвращением на работу пришлось-таки израсходовать стратегический запас чулочно-носочных изделий.
Обменялись новостями из мира моды и шоу-бизнеса нынешней школы. Оказывается, с этого года наши дети будут прочипованы награждены Паспортом юного петербуржца. Майн гот, я и слов-то таких не слышала, а она уже знает, что там внутри будет, и наводит тоску всяким там «культурным портфолио», отметками о посещении культурных мест и прочим, от чего жить заранее не хочется.
- Вот если, - горячо вопрошает меня Наташка, - ты пять раз сходишь в дельфинарий, а я — один раз в Музей политической полиции, - это как будет зачитываться? У нас будет разный культурный уровень или одинаковый?
- Вася! - кричу я через коридор.- Ты идешь в Музей политической полиции!
- Нет, не иду!
- Мы все туда идем, - говорю, - мы туда перед балетом как раз успеем.
- О! Я Марине тут пакетик вещичек собрала, - некстати вспомнила эта хранительница дурных идей Наташка.
Пришла я с одним пакетом, а ушла с двумя.
Шкафа на первом этаже не было. А тетка была на месте.
- Максим, ну ты нормальный человек или нет? Ну что ты делаешь-то, а?!
у анатолия из жопы
растёт вторая пара рук
он ею пользуется редко
и во время помощи жене
- вспомнила я классика.

По дороге домой встретила в метро одного из наймитов своего мужа, плотника Андрюху — очередное следствие блестящей системы советского образования, когда человек с хорошими руками и мозгами ушел из школы после восьмилетки, осел неизвестно где и в этом неизвестно где так и сидит. Пятнадцать лет назад Андрюха стеклил нам лоджию — вот до сих пор не только ничего не сломалось и не перекосилось, а даже не дует. Тьфу-тьфу-тьфу.
- Что-то ты отощала совсем. На диете, что ль?
- Ага. Сплю мало, ем редко, двигаюсь быстро. Сам знаешь: в одном бы месте убавить, а в другом нарастить.
- Да ладно, ты хорошо выглядишь. Шикарно прям... Ну да, бабы если не бухают, то они хорошо сохраняются и в 40, и даже в 45.
Пока я думала, комплимент это или что, и что б мне такое сказать, чтобы Андрюха впечатлился и больше так меня не обезоруживал, он уже уже далеко уехал на своей мысли:
- Не люблю в метро просто так ездить, стараюсь читать, - и достал газетку про спорт.
- Хочешь, - говорю, - покажу, что у меня есть?
И достаю из своего ридикюльчика книжечку, которую так удачно на днях забрала у молодой коллеги и так удачно забыла вытащить из ридикюльчика (так в него все и заталкивала назло законам природы и угрозе подкладки порваться на фиг): Хелен Сингер Каплан, «Сексуальная терапия. Иллюстрированное руководство». Это с картинками, значит.
Андрюха посмотрел. Полистал. Еще посмотрел. Еще полистал. Обезоружила, видать, все же.
- И ты все это умеешь?
- А как же.
Снова приврала в пределах разумного, подумаешь. Я ж не знаю, о чем он — о личной жизни или о работе.
- Да, - сказал он. - Мне бы понравилось.
Мне бы тоже. Было б с кем.
- Да, - сказал он. - Ты хорошая девчонка, Ира.
Обезоружил. А в школе мы ржали над "40-летним дурами, которые друг друга девочками называют".
- Ну, - говорю, - это тебе так кажется. Я ж не твоя жена, к счастью для нас обоих. Ты меня в искаженном свете видишь.
- Да, - согласился Андрюха, - об этом я не подумал.
На том и порешили.

Дома открываю интернет. За это Бугрышева написала мне это, не менее содержательное. Вот никогда бы не подумала, что будем с ней в реверансах расшаркиваться, а вот поди ж ты. Стареем, что ль?

При сохранении документа попались на глаза две фотографии этого лета. Изо всей массы напложенного (наплоденного?) мной только эти две и стоят в моем восприятии чего-то, потому что что-то говорят обо мне. Не знаю что, но тут как-то я и то, что со мной происходит. Удивительно, как они мне так попались, я их никуда не откладывала и даже не думала о них.



Думаю, скоро я прерву ЖЖ-шный псевдозапой под давлением осенних хлопот. Что-то намекает мне: жди перемен.

Пока щелкала клавишами, уже пятница наступила.
Tags: пиявки и лягушки, сильная женщина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments